На топчане сидит пенсионерка, инвалид III группы Маргарита Притчина. Женщина глядит на печку-буржуйку, из щелей которой в комнату ползут клубы едкого дыма. Женщину поторапливают - на улице ждет машина, обещают сильные морозы и на эти дни пенсионерке предлагают уехать в теплую квартиру. Маргарита Васильевна живет в доме №24-а по улице Парковой 25 лет. Дом признан аварийным, жители разъехались и все коммуникации отключены. Комната в опустевшем доме - единственное жилье пенсионерки и ее сына.

Двухэтажный дом №24-а по улице Парковой расселили летом 2025 года. Вместо входной двери на одном подъезде установлена комнатная дверь. Половицы на крыльце прогнили и сломались. Часть оконных блоков стоит без рам. В доме отключен свет. Из окна первого этажа на улицу выведена труба от печки-буржуйки, из нее вьется дымок. Стена вокруг этого окна утеплена ветошью. Печкой отапливается часть комнаты, где живет 79-летняя Маргарита Притчина.

Широким матрасом комната разделена на две части. В той, что поменьше, днюет и ночует Маргарита Притчина. У женщины проблемы с ногами и все время она проводит на топчане. Рядом с ним - помойное ведро. На расстоянии вытянутой руки стоит стул, на нем расставлены термос, кружка. В мешке лежит вареный “в мундире” картофель. Рядом виднеется трость и ходунки для инвалидов. В полуметре от топчана стоит печка-буржуйка, в пластмассовых ящиках лежат дрова. На полу видны миски с кошачьей едой. Дым заполнил комнату, из-за этого трудно дышать.
- Ноги болят, не могу ходить. Работала на механическом заводе, в 5 цехе, оператором газовой котельной. Отработала 20 лет, 5 августа мне будет 80 лет, - начала рассказ женщина. - Сюда завезли в 2000-м году, как муж умер и мы сразу сюда заехали. А там, где мы жили, мы продали квартиру. Это родительская квартира на поселке Металлургов. Нас сюда ни в какую не прописывают. 
В соседней комнате живет Эдуард, сын пенсионерки. Мужчина не очень рад присутствию журналистов. Эдуард сбивчиво рассказал историю их переселения в дом на Парковой.
- Когда мы продали дом, заплатили все долги - были долги по микрозаймам. Хотели тут жить, хотели прописаться. Тут жил отец до 2000 года, он никого не успел прописать и умер. Пришли в управляющую компанию, нас выгнали, сказали, что мы незаконно тут живем. Хотя квартплату мы платили, - уточнил сын пенсионерки. - Юридически мы не подкованы, боялись куда-либо идти, боялись, что нас вообще выгонят. В управляющей компании сказали, что мы тут незаконно заняли место. Маму вызывали в прокуратуру, там они написали заявление, что маму не имеют право расселять.
В какое время разворачивались эти события, мужчина не уточнил. 
- Дом начал разваливаться. Нас не прописали. Квиточки приходили, мы платили. Потом в доме стало пусто, кому платить? Мы и перестали платить, - дополнила Маргарита Васильевна. 
В гости к пенсионерке приходит ее знакомая. Женщина приносит Маргарите Васильевне домашнюю еду. Готовить в таких условиях не на чем, как и негде хранить еду. 
- Ты хотел ее отвезти на выходные погреться, - напомнила сердобольная женщина сыну пенсионерки. 

С печкой удалось справиться, она перестала чадить. 
- Дым - вчера печку повредили. Тут лазил кто-то. Ходили, металлолом собирали и хотели трубу забрать, ну и повредили, - пояснила Маргарита Васильевна. 
На сложившуюся ситуацию пенсионерка не жалуется. Рассказывает, что получает пенсию, часть денег уходит на лекарства. Соглашается, что есть небольшие неудобства в быту. 
- Света нет - как нынче коммуникации убрали, месяц назад убрали. Мыться - отвозят к знакомым, - пояснила Маргарита Притчина. - В термосе - кипяток, сын берет у знакомых, на сутки хватает. Покушать - приносит сын. 
В сложившейся ситуации женщина пытается ухаживать за кошками, которые тут остались от разъехавшихся жильцов. Одна из них равнодушно сидит на холодильнике, вторая пугливо прячется на  втором этаже. 

Сын пенсионерки рассказал, что пытается решить вопрос с жильем. 
- Приходили в администрацию, просили жилье, сказали идти на Каляева, 15 (центр учета и распределения жилья, - прим. “Глобус”). Там сказали надо собрать документы. Хотят предоставить общежитие, - отметил Эдуард. 
Пенсионерка же против общежития. 
- Я мочусь, тут хожу в туалет, мне неудобно будет в общежитии… Мы много не просим, хотя бы однокомнатную квартиру, - робко произнесла женщина. - Все трескается, все ломается, все идет ходуном, там трещины идут большие. В другой комнате скоро упадет стена. Хоть бы однокомнатную благоустроенную квартиру дали, мы не просим новую. Хоть бы старенькую, чтобы можно было жить.