Мама насмерть сбитого на пешеходном переходе мальчика рассказала о самом страшном дне – о дне аварии

Мама насмерть сбитого на пешеходном переходе мальчика рассказала о самом страшном дне – о дне аварии
Это фото сделано в первые дни 2013 года. Дед Мороз принес Марку долгожданный подарок – щенка, которого назвали Крошем. Фото предоставлено Натальей Николюкиной

20 сентября прошлого года – день, когда семья Натальи Николюкиной потеряла все. Ее единственного сына, десятилетнего Марка, возвращавшегося домой с тренировки «Маяка» (а парень делал успехи, играл в воротах, по словам тренеров, все лучше и лучше), насмерть сбила машина. В конце июня краснотурьинский суд поставил точку в деле – 31-летнего Юрия Ж. осудили на два с половиной года в колонии-поселении. Но точка может превратиться в запятую, у подсудимого есть право на обжалование приговора.

38-летняя Наталья, мама погибшего мальчика, только сейчас, спустя почти год, нашла в себе силы рассказать о том, что происходило 20 сентября и как семья Николюкиных пережила судебный процесс.

– Наталья, в суде вы ходатайствовали, чтобы уголовно-исполнительная инспекция извещала вас о том, когда Юрий прибыл в колонию, когда освободится... Зачем вы это сделали?

– Во-первых, я хочу знать, когда он освободится, – может, он выйдет по УДО, как сложится его жизнь в период отбытия наказания. Мне надо об этом знать. Но я могу сказать твердо – у меня не было цели упрятать подсудимого за решетку как можно дольше. Самое главное для меня – лишить его прав, не хотелось бы, чтобы такие водители ездили по нашим дорогам (водительские права у Юрия заберут после отбытия наказания и на три года – прим. ред.).

– Давайте вернемся в тот день, 20 сентября прошлого года. Были ли у вас предчувствия, что случится что-то плохое?

– Все было как обычно. Я уехала на работу (Наталья работает в ООО «Гурман» бухгалтером), Марик пошел в школу, а после занятий позвонил, сказал, что сначала отдохнет полчаса, а потом – в «Маяк». Ближе к концу рабочего дня мне позвонила мама одного из воспитанников и сказала, что Марика сбила машина. Я бросила трубку, и мы с мужем (он был в отпуске) стремглав бросились в детскую больницу. Сына там не оказалось, и мы помчались во взрослую больницу. Там, у реанимации, ко мне вышли врачи и попросили подождать. А спустя какое-то время вышла врач-женщина и сказала, что Марика больше нет... Мы попросили показать тело. Я до последнего надеялась, что это не мой сын… (плачет).

– Что случилось потом?

– Мы с мужем пошли на место ДТП, на перекресток улиц Чкалова и Ленинского Комсомола. Перекресток, естественно, был оцеплен. Я, если честно, тогда вообще не понимала, что происходит вокруг. Юрий, водитель «Лады Гранта», ходил с полицией. Они что-то замеряли, что-то делали. Мы постояли возле искореженного велосипеда и пошли к моей маме, она живет неподалеку. Она ничего про смерть внука не знала. Потом к нам приехали друзья, морально поддержать, и все закрутилось. Полиция, похороны...

– Получается, с водителем вы не разговаривали в тот день?

– Нет, он позвонил на следующий день после аварии. Разговаривал с мужем. Юрий сказал, что полностью виноват, что пытался уйти вправо, но у него что-то не получилось... Просил прощения. Пожалуй, все. Прошел один месяц, второй, третий. Я все надеялась, что он позвонит, встретится с нами, но этого не произошло. Честно сказать, я надеялась, что мы поговорим. Но тишина... Даже во время судебного процесса была куча времени, чтобы подойти к нам – и перед началом заседаний, и после них. Я этого ждала (Наталья снова плачет)... У Юры есть родители, которые также его любят, он также чей-то сын. Да, случился ужас, трагедия...

– Наталья, как вы думаете, почему он не подошел? Ему, может быть, стыдно, он, может быть, боится...

– Я не знаю. Мне кажется, он вообще не раскаялся. Потому что на всем протяжении судебных заседаний повторял, что он не виноват, виноват ребенок, который переезжал дорогу на велосипеде.

– То есть у вас отношение к Юрию поменялось в худшую сторону? 

– Да, конечно. Я видела эти взгляды, улыбки, насмешки...

– Какие насмешки?

– От его девушки, которая ходила в суд вместе с ним. После оглашения приговора и когда судья вышла, я оглянулась на них, смотрю, она улыбается сидит. Может, в силу возраста... С его стороны ничего подобного не было, с его стороны – полный игнор. Я не верю, что он раскаялся. Да, в суде эти слова были произнесены, но чувствовалось, что Юрий сказал об этом лишь потому, что ему надо было это сказать. По человеку этого я не увидела и не почувствовала.

– Наталья, в суде вы не настаивали на максимальной мере наказания. Сейчас не передумали, не жалеете?

– Нет, как решил суд, так и будет. Таких санкций не предусмотрено, но я бы хотела, чтобы таких водителей навсегда лишали водительских прав. 

…О том, что дорогу на красный свет светофора переходить нельзя, Марк Николюкин знал. И, что самое главное, соблюдал. Об этом маме мальчика регулярно сообщал сам глава семейства, едущий с работы на автобусе и наблюдающий, как сын терпеливо ждет зеленый сигнал на тротуаре. Что заставило ребенка сесть за руль велосипеда и поехать на красный – неизвестно.   

Спасибо за помощь 

Семья Николюкиных выражает огромную благодарность горожанам, морально и материально их поддержавших в сложное время. Николюкины благодарят родителей воспитанников ДЮСШ «Маяк», сотрудников ООО «Вечность» за человеческое отношение к своей работе. Особое спасибо друзьям – Алексею и Анне Абрамовым, взявшим на себя заботы и организацию похорон десятилетнего Марка.


hotel logo
Копировать ссылку
Поделиться в соцсетях:
Читайте также
Комментарии
Комментарии для сайта Cackle
Популярные новости
Вход

Через соцсети (рекомендуем для новых покупателей):

Спасибо за обращение   

Если у вас возникнут какие-либо вопросы, пожалуйста, свяжитесь с редакцией по email

Спасибо за подписку   

Если у вас возникнут какие-либо вопросы, пожалуйста, свяжитесь с редакцией по email

subscription
Подпишитесь на дайджест «Выбор редакции»
Главные события — утром и вечером
Предложить новость
Нажимая на кнопку «Отправить», я соглашаюсь
с политикой обработки персональных данных